Компания входит в группу
«РусГидро»
Регион:
Общий
Личный кабинет
Информационный центр: 8 (800) 100 3 777

Виктор МИЛУШ, генеральный директор Дальневосточной энергетической компании: Стабильность плюс резерв на перспективу

Журнал «Окно в АТР», август 2015

Прежде чем перейти к интервью, разрешите коротко представить собеседника.

Виктор Владимирович Милуш - сибиряк. В Красноярском крае родился, учился, познавал азы про­фессии. Когда стал классным специалистом и вырос до заместителя главного инженера Красноярской ГРЭС-2, его перевели на Дальний Восток, назначили на долж­ность директора Приморской ГРЭС.

С 2004 года он возглавлял Лучегорский топлив­но-энергетический комплекс (ЛуТЭК). В сжатые сроки Милуш сумел вывести его из сложной экономической ситуации, обеспечил надежность работы и угольного разреза, и электростанции, за что был удостоен бла­годарности губернатора Приморского края.

В 2009 году Виктора Владимировича акционеры избрали, а Совет директоров утвердил генеральным директором ОАО «ДЭК» (ныне ПАО - Публичное акци­онерное общество).

В.В. Милушу присвоены почетные звания «Заслу­женный работник РАО ЕЭС России» (2006 г.) и «Заслу­женный энергетик СНГ» (2014 г.). Он депутат Законо­дательного Собрания Приморского края двух созывов.

И еще один штрих к деловому портрету: Вик­тор Милуш является кандидатом технических наук.


МНОГО ШУМА. ИЗ-ЗА ЧЕГО?

- Виктор Владимирович, позвольте откровенно? Недавно Президент РФ Владимир Путин заявил, что «весь энергосбыт» надо «пересажать». А в подчинении ДЭК энергосбытовые компании че­тырех краев и областей...

- К энергосбытовым компаниям Дальневосточного федерального округа резкие слова Президента Рос­сии не имеют никакого отношения. Мошенничество с платой за потребленную электроэнергию было выявлено в регионах, где только начиналась рабо­та приватных генерирующих и сбытовых компаний. Они там на самом деле что-то «нахимичили» и долж­ны ответить.

Тариф в ДВФО утверждается государственными ре­гиональными энергетическими комиссиями (РЭК). Производители электроэнергии относятся к тарифи­кации опосредованно. То есть мы предоставляем в РЭК отчет о затратах на выработку киловатт-часа или гигакалории, а комиссия вольна с чем-то согласить­ся, что-то исключить. Она стоит на страже интересов потребителей, тщательно проверяет каждую копей­ку наших производственных издержек.

И энергосбытовые компании работают по государ­ственным нормативам, под строгим контролем. Манипуляции с тарифом и деньгами в них просто невозможны.

- Тем не менее тариф постоянно растет. И в авгу­сте он в очередной раз существенно повысился.

- Он повысился, с моей точки зрения, недостаточно. Даже не достиг официального уровня инфляции. По­этому энергетики вынуждены экономить и урезать необходимые затраты. Такое было бы, скажем, в При­морье невозможно, если бы не прошедшее к сам­миту АТЭС обновление генерирующих источников и сетевого хозяйства. Были построены и введены в эксплуатацию автоматизированные подстанции, десятки километров новых электросетей, проложен бронированный подводный кабель через пролив Босфор Восточный на остров Русский. Появились на острове и небольшие современные газотурбинные электростанции.

Потрачены миллиарды бюджетных рублей. И не напрасно. Несмотря на остающийся определенный дефицит энергии в южной части Приморья (мы и сегодня осуществляем ее перетоки из соседних ре­гионов), обеспечена стабильность и надежность в электроснабжении всех потребителей. Можно ска­зать, приморцы уже живут в новых качественных условиях. Недостаток энергии не сдерживает рас­ширенное жилищное строительство. Надежность электрообеспечения способствует развитию сель­ской индустрии, строительству новых промпредприятий, открытию ТОРов.

Об этих переменах почти не вспоминают и мало говорят. Наверное, правильно. Человек к хороше­му быстро привыкает. Но я в преддверии первого Восточного экономического форума обязан доло­жить: в краях и областях ДВФО, объединенных в ЕЭС Востока, создан и продолжает развиваться мощный энергетический потенциал, стимулирующий разви­тие и диверсификацию нашей экономики.

- Виктор Владимирович, вернемся все же к та­рифу. Вы считаете, что он ниже необходимого. А люди жалуются на то, что много платят за электроэнергию...

- Давайте разберемся. Население оплачивает се­годня не более 70 процентов от себестоимости по­требленной электроэнергии. Недостающие 30 про­центов восполняют промышленники, коммерсанты. Такое перекрестное субсидирование в корне непра­вильно. Во-первых, оно подрывает конкурентоспо­собность наших производителей товаров и услуг. Во-вторых, создает лишь кажущуюся экономию для населения. Ведь один рубль, который за каждый киловатт-час доплачивают юридические лица, как будто спасая бытовых потребителей от высокого тарифа, впоследствии изымается из кошельков того же населения. Только сторицей. Потому что цены на услуги и товары, производимые теми же предприя­тиями, растут почти бесконтрольно. Их регулирует только рынок, спрос и предложение, где никаких социальных скидок не предусмотрено.

Не так давно была предпринята очень грамотная по­пытка уйти или смягчить перекрестное субсидиро­вание электроэнергетики. Я говорю о предложении ввести социальные нормы потребления электроэ­нергии населением. Но в Дальневосточном феде­ральном округе его дружно отвергли.

- Социальные нормы потребления ограничива­ют возможности пользования удобствами сов­ременного быта. Правильно, что отвергли...

- Вот именно эту ошибочную позицию поддержали практически все дальневосточные СМИ. Да и многие наши политхозяйственники, так называемые «за­щитники сирых и убогих». Много шума. Из-за чего?

Кто-то пустил утку, что энергетики настаивают на социальной норме в 60 - 70 киловатт-часов на одно­го человека в месяц. Но такого не было и в помине. Энергетики, поверьте, лучше других знают, сколько электричества необходимо для поддержания до­машнего уюта. И они, конечно, не предлагали и не настаивали на нормативах, при которых не то что хозяйка побоится включить лишний раз пылесос или стиральную машину. Она вынуждена будет га­сить сверхэкономный ночничок в комнате, где спит малыш. И спотыкаться в темноте, если нужно к нему подойти...

Никто и никогда не требовал вводить явно занижен­ные нормы в директивном порядке. Предлагалось их обсудить на местах, выработать взаимоприемле­мые нормативы. Но широкого обсуждения не было. А там, где оно состоялось, приняты вполне разумные решения.

- Где и какие, например?

- Например, в Орловской области ввели социаль­ную норму 200 киловатт-часов на одного человека в месяц. При ней и телевизор, и компьютер, и му­зыкальный центр можно включать практически без ограничений. Подобная норма не нужна и грозит дополнительными расходами только владельцам роскошных квартир или просторных коттеджей, в которых применяются мощные кондиционеры, электронагреватели. Потребление идет на уровне небольшого, но энергоемкого заводика. Вот им бы действительно пришлось платить вдвое.

- То есть вы хотите сказать, что социальная норма никак не направлена против среднеста­тистического потребителя электроэнергии?

- Конечно же. Да и дороговизна электрической энер­гии - это скорее миф. У нас никто даже не пытается ее в быту экономить. Двухтарифные счетчики в кварти­рах ставят единицы, за специальными планами по­требления люди к нам почти не обращаются. Хотя мы охотно идем навстречу таким пожеланиям.

И сравните. Современный человек в разы больше тратит за сотовую связь и Интернет, чем за электри­чество. А издержки оператора связи много ниже, чем производителей электроэнергии.

- Убедительно. Почему же никто не разъяснял проблему в таких подробностях?

- Пытались. Только обсуждение было свернуто слишком поспешно. Возможно, и заинтересованность владель­цев роскошных особняков сыграла в этом свою роль...


ПРЕДУСМОТРЕТЬ РАЗВИТИЕ

- Существует давняя классическая формула. Энергетики должны предвидеть развитие эко­номики и опережающими темпами вводить но­вые генерирующие мощности для ее обеспече­ния. Удается ли вашей компании следовать этой формуле?

- Предвидеть и прогнозировать энергетики на са­мом деле умеют. Неудивительно, потому что не толь­ко экономика, у нас все как на ладони. Мы знаем о возрастающем или снижающемся потреблении электроэнергии в сельском хозяйстве, промышлен­ности, в воинских частях, среди населения. А отсюда вывести направление, определить тенденцию не так уж сложно. В своих прогнозах мы заглядываем за го­ризонты и 2025-го, и 2030 года.

Ввод опережающими темпами новых генерирующих мощностей более проблематичен. В нашем тарифе нет инвестиционной составляющей, он не ориенти­рован на развитие. Тариф только частично покры­вает затраты компании. И стимулирует ПАО «ДЭК» к реализации стратегических программ по повыше­нию энергетической эффективности и сокращению издержек.

- Позвольте, вы же занимаетесь строитель­ством электростанций. Откуда берется финансирование?

- Поясню. ПАО «ДЭК» образовано путем слияния региональных энергосистем и осуществляет свою деятельность на территории Амурской области и Еврейской автономной области, в Приморском и Хабаровском крае. Мы являемся гарантирующим поставщиком электроэнергии и имеем статус «еди­ного закупщика», выполняющего функции ее по­купки и продажи. Следовательно, никакого другого заработка, кроме тарифа, у компании нет. А тариф, повторюсь, не ориентирован на развитие.

Финансирование нового строительства осуществ­ляется из федерального и региональных бюджетов, кредитных ресурсов. Средства поступают в опера­тивное управление нашей материнской компании «РусГидро» и РАО ЕЭС Востока, прямой дочкой ко­торых ПАО «ДЭК» и является. ДЭК самостоятельно строительство не ведет. Это прерогатива головной компании.

Останавливаюсь на этих подробностях с учетом того, что журнал «Окно в АТР» будет распространяться на Восточном экономическом форуме. И, возможно, информация заинтересует наших партнеров.

Сегодня на Дальнем Востоке реализуются четыре крупных проекта по приращиванию и обновлению генерирующих мощностей. К концу года будет вве­ден в строй энергоблок № 4 ТЭЦ в Благовещенске. Сооружается новая ГРЭС на Сахалине. Приступили к строительству ТЭЦ в Советской Гавани, идет стро­ительство Якутской ГРЭС, Восточной ТЭЦ во Влади­востоке. Все это свидетельствует об обеспечении опережающего развития электроэнергетики на Дальнем Востоке.

Ведь сегодня у нас нет энергодефицита. Наоборот, в прошлом году простаивающие мощности были задействованы на экспорт электроэнергии в Китай. Новые энергообъекты связаны с развитием и бла­гоустройством городов, планируемым строительст­вом и расширением отдельных промзон.

Хочу обратить внимание на еще один важный аспект. «РусГидро» совместно с рядом китайских компаний прорабатывает вопрос по сооружению плотин для небольших ГЭС, которые будут способны регулиро­вать паводки на реке Амур. Никогда в будущем они не допустят трагических наводнений, подобных про­изошедшему два года назад.

- Виктор Владимирович, тесное сотрудничест­во дальневосточных энергетиков с партнера­ми из КНР успешно развивается уже много лет. А какие контакты осуществляются с другими странами Азиатско-Тихоокеанского региона?

- Большой интерес к нашей энергетике проявляет Северная Корея. Она добивается строительства пе­рехода - линии электропередачи, по которой мог бы пойти ток в КНДР. РАО ЭС Востока заинтересовано в этом контакте и ведет активную работу по реше­нию вопроса экспорта электроэнергии в Северную Корею.

Активизировались контакты с Японией. В связи с решением о прекращении развития атомной энер­гетики в Стране восходящего солнца она также заин­тересована в строительстве энергомоста из России. В переговорах с японскими коллегами регулярно участвует руководство ПАО «РусГидро» и ПАО «РАО ЭС Востока». Намерение о прокладке электрокабеля с острова Сахалин в Японию уже озвучено.

Интерес к энергетическому потенциалу Дальнего Востока проявляют и другие страны Северо-Восточ­ной Азии.

- Вы говорите о сооружении ЛЭП на погранич­ных переходах, строительстве энергомоста в Японию. Как обстоят дела с электросетевым хозяйством на подведомственных ПАО «ДЭК» территориях?

- В этом направлении есть над чем работать нашим сетевым компаниям. Снижение потерь в сетях - одна из важнейших стратегических задач нашей компа­нии. Определенных результатов мы добиваемся. Но проблема решается крайне медленно. Считаем успехом, если сократили потери на десятую долю, крупной победой - на четверть процента. Элек­троэнергия в нашем ареале транспортируется на сверхдальние расстояния и отнюдь не всегда по новым высоковольтным ЛЭП. Срочно нуждаются в обновлении и распределительные сети во многих городах и селах. Словом, потери электроэнергии в прошлом году у нас составили около 13 процентов. Это неплохо, если учесть, что в отдельные периоды они достигали 15 и 17 процентов. В то же время 13 процентов потерь сопоставимо с объемом потребления всего электротранспорта Приморского края.

Разумеется, в планах на будущее у нас продолжение строительства так называемых «умных» электросетей. Таких, что могут дистанционно фиксировать расход энергии на объекте, снимать показания приборов уче­та на большом расстоянии. Если необходимо, и отклю­чать отдельного потребителя от электроснабжения при неоплате или перерасходе лимита потребления, управлять режимами работы для снижения потерь электроэнергии. Ненужной станет армия контроле­ров, прекратятся и хищения.

К сожалению, подобные сети повсеместно появятся на Дальнем Востоке не сегодня и не завтра. Как и полностью экологически чистая энергетика. Мы гор­димся тем, что на Приморской ГРЭС, например, с по­мощью современных фильтров и золоулавливателей очищаем 98,4 - 98,5 процента вредных выбросов из труб. Но сжигает станция 4,5 - 5 миллионов тонн угля в год. Один процент - многие тонны зольных частиц вместе с дымом уходит в атмосферу.

Мечтать о будущем не вредно. Работать на его при­ближение необходимо. Но пока мы исходим из ре­альной задачи: сделать энергетику надежной, ста­бильной, опережающими темпами обеспечивающей все возможные перспективы развития экономики. И РАО ЭС Востока, и ДЭК с этой задачей справляется.

- Виктор Владимирович, последний вопрос. Знаю, что ваш отец всю жизнь проработал в энер­гетике. На вас обрывается или продолжается династия?

- У меня две дочери. Старшая получила специальность теплоэнергетика. И мужа себе подобрала по любви и по... специальности. Оба работают в Москве. Млад­шая дочка увлеклась химией, «изменила» энергетике. Но мужем ее стал инженер-энергетик. Они живут и работают в Спасске-Дальнем. Так что все продолжа­ется. И то, о чем мечтал мой отец, то, что, как об отда­ленном будущем, говорил я, им воплощать. Надеюсь, и мои внуки к этой работе присоединятся...


Возврат к списку

В начало страницы